Домой Театр Два в одном на Литейном (интервью с Сергеем Морозовым)

Два в одном на Литейном (интервью с Сергеем Морозовым)

66
0
Сергей Морозов. Фото Юлии Кудряшовой

На его счету более пятидесяти спектаклей. Он талантливый режиссер драмы с навыками менеджера – артисты послушны и выверены, или, наоборот, великолепный менеджер с режиссерскими подходами – даже деловые бумаги на его рабочем столе, кажется, вот-вот затанцуют польку. Говорим с ним о том, отчего такое большое значение знатоки театра придают вводам: так ли необходимы «Апельсины из Марокко», когда актриса в декретном отпуске, и как решилась проблема «Отцов и сыновей»…

– Сергей Анатольевич, за время вашей работы в Театре «На Литейном» какой ввод вам запомнился больше других?

Пожалуй, сразу вспоминаются два ярких случая смены актеров на одной роли. Один из них произошел в спектакле «Отцы и сыновья» на закрытии прошлого театрального сезона. Это ввод на роль Аркадия Кирсанова одаренного молодого артиста, который работает у нас в театре первый сезон, Виталия Гудкова. Замена произошла из-за сильной травмы ноги у исполнителя этой роли. Бывает, конечно, что актер выходит и в гипсе, и на костылях – и это как-то обыгрывается внутри спектакля. Но это был не тот случай. Мы хотели закрыть сезон именно постановкой «Отцов и сыновей». Так я обратился к Виталию. Поставил перед ним непростую задачу – за два дня выучить большую роль. Меня поразило, как ярко остро и интересно он ввелся.

– Вспоминаются ли вам какие-то экстремальные ситуации из вашей практики, связанные со сменой актеров?

Это как раз второй неординарный случай, про который я упомянул в начале беседы. Срочным вводом в театре считается тот, что происходит за один день. Но однажды наша актриса, будучи в декретном отпуске, решила навестить родной театр, посмотреть премьеру. Это был спектакль «Апельсины из Марокко» в постановке Андрея Сидельникова. Пришла, разделась в гримерке и подходит к сцене: «Ну, ребята, наконец-то я вас увижу!» Ответ ее шокировал: «Маша, ты пришла как раз вовремя!» Другая наша актриса, спускаясь по лестнице, подвернула ногу, и ее увезли на скорой… Она восклицает: «Так я ж спектакля не видела!» Ей отвечают: «Слушай внимательно!..» И в процессе спектакля происходил ввод. Роль была небольшая, но все-таки очень важная.

Вот с такой экстремальностью, когда артист выходил на сцену, не видя постановки, до этого я не сталкивался!

– А личный опыт срочной замены был?

Конечно. У меня за плечами актерское образование. Поэтому есть примеры моих вводов в собственные спектакли, например, в Молодежном театре на Фонтанке. Но в Театре «На Литейном» в качестве артиста на сцене не появлялся и воздержусь от этого далее – труппа наполнена яркими индивидуальностями. А вообще «на театре» есть выражение, что артист может не прийти в театр в день спектакля только в одном случае – если он умер.

– Какой спектакль, где недавно случилась смена актеров, посоветуете посмотреть читателям «Пульса» в вашем театре в августе?

Можно прийти на спектакли «Отцы и сыновья» и «Апельсины из Марокко», хотя в последнем смена произошла достаточно давно. А еще советую посмотреть «Антарктиду» – постановка значится в списке номинантов Высшей театральной премии Петербурга «Золотой софит» сезона 2016–2017. Последние пять лет наш театр совсем не упоминался в «Софите», поэтому это определенная победа. «Антарктида» и «Отцы и сыновья» номинируются в нынешнем году.

– Какие вводы были в «Антарктиде»?

Весной яркий, колоритный артист Роман Агеев был введен на главную роль полярника Клюшникова. Ввод оказался очень интересным. Это тот случай, когда благодаря индивидуальности артиста, спектакль не «разболтался», а наоборот, «уплотнился» и приобрел новый смысл.

– Два года назад вы стали главным режиссером Театра «На Литейном», а теперь являетесь его директором. Это тоже своеобразный ввод. Как так получилось? Не жалеете об этом?

Моя нынешняя должность – художественный руководитель-директор, она объединяет творческую деятельность и административное руководство. Предложение поступило из областной администрации. Для меня это назначение – огромная ответственность. Я прекрасно понимаю: сейчас за мной стоит коллектив с богатыми традициями, яркими индивидуальностями. Верю, что шока от объема работы и спектра проблем не будет. У меня за плечами есть опыт работы художественным руководителем, помимо режиссерского и управленческое образование в Академии госслужбы при Президенте РФ, Школа театрального лидера в Центре им. Мейерхольда в Москве. Хотя я понимаю, что есть много нюансов и подводных камней, которые еще предстоит узнать. Думаю, что мой опыт и желание воплотить в жизнь ресурсы и возможности, которые существуют в этом театре, позволят мне преодолеть все сложности.

– Как с вашим приходом изменился состав труппы «На Литейном»?

– Я пришел в театр незадолго до отпуска, поэтому у меня было летнее пространство и время, когда я мог спокойно проанализировать сложившуюся ситуацию. Просматривая списки, я отметил, что у артистов «Литейного» очень высокий средний возраст труппы. А молодежи катастрофически мало. Так что одной из моих задач было сбалансировать возрастной состав и привести сюда ярких интересных начинающих артистов. Могу сказать, что со всеми, кто сейчас поступает в труппу, оформляется срочный трудовой договор на год. Есть люди, с которыми я готов продлевать его дальше и дальше. А бывает только год уходит на то, чтобы понять, насколько этот человек интересен театру, насколько этот театр интересен человеку. И были случаи, когда по истечению года мы расставались с артистом.

– Откуда берете молодые кадры?

– Я являюсь членом ГЭК в Академии театрального искусства (сейчас называется Институтом сценических искусств) и, конечно, это даже не возможность, а моя обязанность знакомиться с творчеством юных дарований моего родного вуза. Помимо выпускников с Моховой, в Петербург приезжают не только провинциальные таланты, готовые на все, чтобы остаться здесь, но и люди из Москвы. Одна из актрис, которая сейчас приходит в театр, выпускница курса замечательного режиссера Сергея Женовача, где преподает и Юрий Бутусов. Она начнет свою профессиональную деятельность в Театре «На Литейном». В большинстве случаев те приглашения, которые я делаю, оправдывают себя – радуют и коллег, и зрителей, и критиков.

– Сколько нужно времени молодому артисту, чтобы добиться приглашения на главную роль?

– Здесь все очень индивидуально. Я уже более пятнадцати лет занимаю руководящие должности в театрах, и мой опыт подсказывает, что начинающему необходимо минимум полтора-два года для того, чтобы действительно понять, что такое профессия артиста. Были случаи, когда я давал большой аванс молодым – и иногда выигрывал. Но, думается, все-таки тот старинный путь достаточно быстрого, но постепенного движения от малых вводов к большим ролям, через массовку, через роль второго, первого планов к главной или заглавной роли, должен быть пройден.

– Наверное, ввод нового актера на роль в текущем спектакле способен ее освежить, привнести в постановку нечто новое. Как вы считаете? Имеет ли смысл менять актеров целенаправленно, или это должно происходить лишь по велению судьбы?

– Ввод продуктивен для спектакля примерно в половине случаев. Много зависит от режиссера и от артиста. Гораздо больше, чем от обстоятельств. Если ввод делается качественно, полноценно, постепенно, неторопливо, если режиссер вместе с артистом старается найти что-то новое, индивидуальное, а не повторять прежний рисунок – тогда, безусловно, ввод пойдет на пользу.

Что касается сознательной смены актеров на роли, «на театре» такая практика крайне редка. Либо должен возникнуть серьезный конфликт между постановщиком и артистом, когда невозможно двигаться дальше, либо это обновление поколений – ситуация часто встречающаяся. Например, у нас в «Барышне-крестьянке» те люди, которые сейчас играют отцов семейств, когда-то играли крестьян в массовке. Для артиста вопрос «Когда наступает пора передать свою роль молодому коллеге? Стоит ли?» очень сложный. А для спектакля, который имеет определенную накатанность, скажем так, внутреннюю привычку к самому себе – ввод нового человека эмоционально встряхивает других артистов, они мобилизуются. Тогда спектакль звучит по-новому.

– Как лично вы реагируете на ситуацию, когда ввод неизбежен?

Стараюсь не терять самообладания в напряженной ситуации. Я, наоборот, концентрируюсь, собираюсь. Определенная доля экстрима и адреналина присутствует в нашей профессии ежедневно.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here