cover

Скачать последний номер
PDF
JPG
Архив номеров
05/06/2018

Спасти Титаник


Спасти Титаник
 
В конце мая появилась новость о том, что в нижнюю палату парламента внесен законопроект, отменяющий ограничение с суммы зарплаты, на которую начисляются пенсионные взносы. Дело в том, что в настоящий момент в России действует фактически регрессивная шкала налогообложения, при которой с зарплат ниже 1 000 021 рубля в год в Пенсионный фонд России отчисляется 22%, а с сумм, превышающих эту пороговую величину – лишь 10%. По расчетам инициаторов законопроекта, если он вступит в силу с начала 2019 года, уже в 2021 году удастся преодолеть дефицит бюджета пенсионных средств, составляющий около 1 трлн рублей.

В то же время противники законопроекта для покрытия дефицита средств на пенсионное обеспечение предлагают другую меру: оставив верхнее ограничение, увеличить основную ставку для обязательных отчислений с 22% до 26%. Мотивируется такой подход тем, что в противном случае резко возрастет налоговая нагрузка на бизнес с высокими зарплатами, а кроме того, со слишком высоких взносов в последствии придется выплачивать слишком большие пенсии. По факту получается, что вопрос дефицита может быть решен двумя разными вроде способами, но с одним и тем же результатом: кому-то придется раскошелиться. Либо бедным, либо богатым. В чью пользу склонится решение законодателей пока не ясно. Ясно лишь одно – ПФР дал течь, и пробоину нужно срочно чем-то затыкать.

Иначе никак не объяснить, почему в дополнение к инициативе об увеличении отчислений, динамику развития получила и тема о повышении пенсионного возраста. Тут уж изменения коснутся всех без исключения: и богатых, и бедных. Поэтому, наверное, и копий вокруг нее ломается большое количество. Но так ли уж эта мера не оправдана, как пытаются её преподнести ярые противники?

На данный момент Россия занимает чуть ли не первое место с конца по пенсионному возрасту граждан. Если посмотреть на данные по другим странам, исключая те, в которых заслуженный оплачиваемый отдых вообще не предусмотрен, то можно убедиться, что во всем мире люди уходят на пенсию позднее, чем россияне. В подавляющем большинстве стран у мужчин пенсионный возраст наступает минимум с 62, а у женщин с 58 лет. Причем это именно минимум. При этом в Японии, например, этот возраст и для тех, и для других составляет 65 лет, в США и Швеции – 67, и в последней его хотят поднять до 75. На одном с Россией уровне пенсионного возраста находятся Узбекистан и Китай, в котором, к слову, нет всеобщей пенсионной системы, а пенсия положена лишь отдельным категориям граждан. До последнего времени на одной отметке с нами стояла и Белоруссия, но уже с прошлого года там начался поэтапный процесс поднятия пенсионного возраста до соответственно 63 и 58 лет. 

Если коротко обратиться к истории пенсий как таковых, то можно узнать, что государственная пенсионная система в том виде, в котором мы ее знаем, впервые появилась в Германии, в самом конце XIX века. Основана она была на системе социального страхования, при которой и работодатель, и работник должны были отчислять обязательные взносы. Несложно понять, что такая система работает по принципу кассы взаимопомощи: ныне работающие скидываются на уже неработающих, зная, что те, кто придут на их место, точно так же продолжат скидываться уже на них, обеспечивая им пособие. Проблема в том, что устойчиво и без каких бы то ни было сбоев эта система может работать только в определенных рамках, обусловленных не только ставкой взносов, но и соотношением работающих и пенсионеров. Шестьдесят человек, скидываясь по паре рублей ежемесячно, смогут прокормить одного пенсионера без всякого ущерба для себя. Двадцати то же самое будет сделать уже гораздо сложнее. А вот двое одного вряд ли прокормят без того, чтобы самим не загнуться от голода. 

В условиях постоянно меняющейся демографической картины – а в течение всего XX века она уже успела поменяться несколько раз – для сохранения баланса в пенсионной системе все время нужно что-то подкручивать: либо размер взносов, либо размер пенсий, либо пенсионный возраст, либо перечень лиц, имеющих право на пенсию. Чем все страны, из тех, что в определенный момент пошли по стопам Германии, и занимались. 

Учитывая то, как нынче обстоят дела с экономикой и демографией у нас, вопрос: почему России не удастся избежать увеличения пенсионного возраста, повышения взносов или и того, и другого одновременно – чисто риторический. Другое дело, что ставки взносов не получится повышать до бесконечности – они уже и сейчас неподъемны для малого и среднего бизнеса и вынуждают предпринимателей уходить в «серые» схемы. Размер пенсий сокращать тоже уже некуда – в подавляющем большинстве они уже сейчас не дотягивают до реального прожиточного минимума. Пенсионный возраст увеличить уже действительно давно назрела необходимость, вот только он уже и сейчас не на много отстает от уровня средней продолжительности жизни по стране. Совсем ничего не делать тоже нельзя, иначе система обрушится уже завтра. Поэтому делать все же придется. Другой вопрос – надолго ли сделанное отсрочит обрушение своего рода пирамиды, которую, по сути, и представляет из себя современный пенсионный фонд? 

Для предприятия, испытывающего финансовые трудности, существует вполне понятный алгоритм действий: сократить расходы до минимума, обеспечив запас времени, и в течение этого времени найти и обеспечить предприятию стабильный источник дохода. Если применить этот же алгоритм к сегодняшней ситуации с ПФР, то повышение пенсионного возраста сократит ему расходную часть, и этот шаг объясним и назрел по вполне объективным причинам. Собирается ли при этом наше «предприятие» обеспечить себе доход в будущем? Не похоже. 

Да, на какое-то время образовавшуюся финансовую брешь закроют очередным повышением взносов либо для одной категории бизнеса, либо для другой. При этом даже нет гарантии, что в итоге удастся получить расчетный 1 трлн рублей, потому что какая-то часть предприятий в связи с повышением налоговой нагрузки наверняка вынуждена будет сократить штат или зарплаты, уйти в «серые» схемы, а то и вовсе свернуть деятельность. Именно такая тенденция наблюдается в экономике последние несколько лет. И нет никаких предпосылок к тому, чтобы что-то изменилось или направило поток в обратном направлении. Так откуда же возьмутся средства на пенсии, если пенсионные взносы, пусть даже по повышенным ставкам, будет платить еще меньше предприятий, чем вчера и сегодня? 

Впрочем, если предпринятые сегодня меры отодвинут обрушение пирамиды на несколько лет, то это не так уж плохо, на самом деле. А там, как говорил Ходжа Насреддин, «ишак сдохнет или падишах умрет».

Петр Сорокин